А.С.Косопкин,
Начальник Главного Управления внутренней политики
Президента Российской Федерации,
кандидат психологических наук.

КОРПОРАТИВНЫЕ ОСНОВЫ ЛОББИСТСКОЙ

ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

        Основой любого процесса лоббирования являются базовые потребности и мотивационная стратегия группо­вых корпоративных интересов. Потребность, нашедшая свой предмет, преобразуется, согласно А.Н. Леонтьеву, в мотив, непосредственный стимул деятельно­сти. Содержание корпоративных процессов образует глубоко интериоризированные экономические, идеологические  уста­новки, выражающие определенные приоритеты и ценности.

        Реальная психология лоббистской деятельности пред­ставляет собой продукт взаимодействия, взаимоналожения мотивационных, коммуникативных и аффективных процессов. В основе лоббирования  лежит механизм идентификации  групповых интересов с общественными. Специфичность объекта и  предмета лоббирования предполагает многообразие видов группового  давления.

 Анализ лоббирования в России, а также сложившаяся практика отстаивания групповых интересов за рубежом показыва­ют наличие множества различных видов лоббирования. Исследование их, на наш взгляд, наиболее плодотворно посредством выделения фор­мы и содержания существующих видов лоббирования. Форма фикси­рует многообразные модификации содержания, способы его существо­вания и проявления. Содержание представляет подвижную, динамич­ную сторону определенной формы лоббирования.

По форме виды лоббирования можно подразделить на непосредственное и опосредованное, спланированное и спонтанное, плюралистическое и корпоративное, ситуационное и стратегическое, законное и незаконное (криминальное), а также прямое и косвенное.

По содержанию виды лоббирования делятся на активное и пассивное, эмоциональное и рациональное, разовое и постоянное, индивидуально-обособленное и взаимоподдерживающее  (перекрестное), эффективное и неэффективное, конструктивное и неконструктивное.

Непосредственной лоббистской деятельностью считается такой  акт продвижения интересов, при котором субъект лоббизма сам является организатором и исполнителем всего процесса лоббирования, от разработки плана, поиска точки доступа, организации решения вопроса. В свою очередь, опосредованная лоббистская деятельность — такая деятельность, при которой субъект лоббирования не сам занимается лоббированием, а договаривается с какой-либо организацией, фирмой, юридическим или физическим лицом, работниками госаппарата т. д. об осуществлении ими комплекса мер, конечным результатом которых будет положительное решение вопроса.

Опосредованная лоббистская деятельность осуществляется также путем формирования и поддержки работы "групп давления" и воздействия как с их помощью, так и непосредственно через государственные институты и общественное мнение.

Как непосредственный, так и опосредованный лоббизм своей психологической основой имеет особый вид профессиональной и психологической деятельности, основывающейся на специальных психотехнологиях воздействия, опирающихся на соответствующие умения и навыки.  При этом поскольку опосредованный лоббизм не предусматривает личное взаимодействие, коммуникативный процесс  осуществляется опосредованно.

Спланированный лоббизм  характери­зуется наличием определенного плана действий, включающего в себя | исследовательско-аналитическую работу, четко обозначенные цели, задачи, способы и методы их достижения, перечень союзников, вопросы  координации с различными субъектами лоббистской деятельности и другие основные и вспомогательные работы по отстаиванию групповых корпоративных интересов. Спонтанный лоббизм — явление очень редкое.  Как показывает практика, спонтанный лоббизм при тщательной про­верке оказывается просто заказным, поскольку не только неорганизо­ванных граждан, но даже членов любой организации, действительно  обеспокоенных насущной проблемой и готовых высказаться по ее пово­ду, нужно мобилизовать для осуществления задачи. Са­мостоятельно, спонтанно такие мероприятия вряд ли возможны массо­во. Будь то кампания писем, телеграмм или выступления, митинги, за­бастовки, пикетирование и прочее.

При более пристальном изучении спонтанного лоббизма вольно или невольно возникают вопросы о реальной подоплеке подобных кампа­ний. Кто в действительности является ее субъектом, заказчиком? Кто ее стимулирует и финансирует, во имя каких целей она осуществляется, каковы ее конечные цели? И уж конечно, насколько истинно отражает мнения граждан, задействованных в ней?

Характерным примером спонтанного лоббизма могут быть много­численные пикетирования здания Государственной Думы, где наи­большей активностью славятся сторонники борьбы с психотропным оружием, МЖК, беженцы из Северной Осетии, обманутые вкладчики. При этом характерно, что наибольший поток поступающих в Госорганы писем в основном направлен на решение конкретных личных социально-бытовых вопросов, где на первом месте стоят проб­лемы жилья, социального обеспечения, но уже не как проблемы лобби­рующих структур, участников пикетирования здания Государственной Думы РФ.

Заказные же письма зачастую поступают от имени тех граждан, ко­торые и знать ничего не знают о том, что за их подписями направлены  специальные обращения.

"Невидимыми" спонсорами подобного рода кампаний обычно вы­ступают финансово-промышленные корпорации, заинтересованные в судьбе соответствующего законопроекта, а исполнителями — нанятые лоббисты, призванные организовать "массовую поддержку". Подобная разновидность спонтанного лоббизма активно используется в США, где она фигурирует под названием искусственный или фальшивый лоб­бизм.

Вместе с тем объективная потребность раскрыть лоббизм заключает­ся не только в фиксации его фальшивого варианта. Будь он искусствен­ный или естественный, прямой или непрямой, непосредственный или опосредованный, лоббизм сегодня — это фактически самостоятельный социально-политический, психологический институт группового дав­ления, бурно развивающийся, располагающий сетью мощных компа­ний, профессионально специализирующихся на организации как мас­совых, так и специализированных мероприятий давления на власть.

Лоббистская отрасль поглощает внушительные финансовые средст­ва. О суммах затрат в данной сфере в России можно судить лишь кос­венно — по суммам, зафиксированным в США, — поскольку официаль­ных данных, касающихся отечественного финансирования, нет. К при­меру, в 1993—1994 гг. в США только непрямой лоббизм "освоил" поряд­ка 790 млн. долларов.

Многочисленность субъектов лоббистской деятельности в россий­ском парламенте, их разнородность и специфичность требуют выделить и такой признак, каковым, на наш взгляд, является интерес, из-за кото­рого лоббирующие группировки ведут нелегкую борьбу. В этом аспекте, по аналогии с зарубежными исследователями, весьма продуктивно де­ление лоббистской деятельности на плюралистическую и корпоратив­ную.

Плюралистическая лоббистская деятельность, как правило, имеет место в том случае, когда по одной и той же проблеме сталкиваются раз­ные интересы нескольких групп. Корпоративное же лоббирование осу­ществляется монополистами той или иной сферы общественной жизне­деятельности.

Корпоративное лоббирование, как показывает анализ группового давления на российскую власть, осуществляется по нескольким на­правлениям. Первый путь — это давление как бы снизу вверх, когда субъекты интереса установившимся в обществе порядком отстаивают свои интересы. Второй путь — договор, контракт с наиболее могущест­венной  группой о взаимной поддержке. В обмен на пред­мет договора монополисту гарантируется отстаивание его интересов. Подобный процесс, как правило, носит скрытый характер.

Данный способ активно используется государственными структура­ми. К примеру, государство в лице Администрации Президента или Ап­парата Правительства РФ заключает с какой-то группой своего рода кон­венцию (явное или неявное соглашение), получая в обмен на предостав­ляемые привилегии лояльность и гарантию содействия государственным интересам.

Если в первом случае можно говорить о лоббировании как "давле­нии" на парламент со стороны групп интереса, то во втором случае речь идет о лоббировании как "обмене" или "контракте" между группой де­путатов и исполнительно-распорядительной властью.

И наконец, третий вариант — это формирование тройственных сою­зов. Монополист вступает в союз, с одной стороны, с президентскими и правительственными структурами, с другой — с депутатским корпусом. Подобный лоббизм наиболее активно используется РАО "ГАЗПРОМ", "ЛУКойл", АПК, ВПК и др.

При корпоративном лоббировании группы интересов сравнительно немногочисленны, функционально упорядочены (каждая группа "отве­чает" за какую-то особую категорию интересов), иерархичны.

Плюралистическое лоббирование в Государственной Думе РФ, как правило, имеет своей основой первый путь продвижения интересов — снизу вверх. Для представителей данного типа лоббизма два других пу­ти по сути невозможны из-за особой своей природы, опосредованной приоритетом наличия множественности субъектов интересов.

Плюрализм — такой тип представительства интересов, когда под влиянием жизненных обстоятельств организуются многочисленные группы давления по какой-либо актуальной проблеме. Многочислен­ные и разнонаправленные по отстаиваемым интересам, они конкуриру­ют между собой и не организованы в некую иерархическую систему. Не­зависимо от государства данные группы определяют и выражают свой интерес, интересы своих лидеров и то, насколько далеко они могут ид­ти в отстаивании своих целей. В одной и той же сфере деятельности мо­жет быть несколько групп. Но ни одна из них не обладает монополией на представительство интересов. Достижение группами давления своих целей — результат конкурентной борьбы.

Главным признаком лоббистского плюрализма является конкурен­ция, свободное соревнование групп давления в их воздействии на госу­дарство, функциональная дифференциация и монополия определенных групп на представительство определенных интересов. Плюралистиче­ский и корпоративный варианты лоббизма осуществляются с целью по­лучения определенных преимуществ, льгот, привилегий. Предполагает­ся, что государство суверенно и контролирует распределение ресурсов, статусов, экономических и социальных льгот. Отстаивая свои интере­сы, группы давления стараются воздействовать на государство через парламент, через принятие соответствующих законодательных актов, поручений правительству, Счетной палате Российской Федерации.

Таким образом со всей очевидностью можно говорить о плюралистическом и корпоративном лоббировании. Вместе с тем в повседневной практике эти два вида крайне редко существуют в чистом виде. В реальной практике лоббирования всегда налицо сочетание плюралистических и корпоративных структур. Однако синтез плюралистического и корпоративного лоббирования как  правило, характеризуется преобладанием того или иного типа лоббистской деятельности. Подобное преобладание предопределяется множеством различных факторов, важнейшим из которых является характер  существующей политической системы.

Еще одним видом лоббистского воздействия на российскую власть является ситуационное и стратегическое лоббирование. Ситуационное и стратегическое лоббирование отличаются по фактору, играющему главенствующую роль в целях и задачах воздействия на власть. Для ситуационного лоббирования характерно стремление реализовать сиюминутный интерес. В противоположность этому стратегическое лоббирование, как правило, ориентируется на долгосрочную перспективу, приносящую дивиденды не столько сегодня, сколько завтра, послезавтра.

В основе ситуационного лоббирования лежат ситуационные установки, точнее, установки на ситуацию. Стратегическое же лоббирование  в своей основе имеет установку на объект. К примеру, желание получить стройную систему законодательных актов, обеспечивающих стабильное функционирование всех государственных органов и общественных структур, предсказуемость будущего, а не краткосрочные льготы на день или два. Преобладание установок у одних на ситуацию, у других на объект отражает различие структуры и иерархии потребностей субъекта лоббистской деятельности.

Стратегическое лоббирование выражает групповые корпоративные интересы, ориентированные на конкретные потребности, отвечающие базовым мотивационным тенденциям развития общества. Высший уровень их диспозиционной  иерархии (В.А. Ядов), как правило, образуется системой (ценностных ориентаций на цели жизнедеятельности и средства достижения этих целей.

На сегодняшний день наиболее распространенным является ситуационное лоббирование. Данное обстоятельство вызвано тем, что в отличие от США, где групповые корпоративные интересы за длительный период эволюционного развития достаточно устоялись и структурировались, в России этот процесс носит вулканообразный характер.

      Основное препятствие на пути становления цивилизованного лоббизма заключается преимущественно в факторах субъективного порядка. В России еще очень много определяется не законом, а личными связями, более того, не решен самый главный вопрос о направлении дальнейшего развития страны, шансы борющихся сил почти уравновешенны. В этих условиях лоббирование  не направлено на стратегические  долговременные цели, а преимущественно ориентируется на сиюминутные цели и задачи, приносящие дивиденды сегодня, сейчас, а не завтра, не в будущем. От этого нынешняя лоббистская деятельность характеризуется не столько плюрализмом и конструктивизмом в выражении и отстаивании групповых интересов, сколько лозунгом французских аристократов  восемнадцатого века "После меня хоть потоп".

    Многочисленные публикации в различных средствах массовой ин­формации выявили и такие особые виды лоббирования в Государствен­ной Думе РФ, как лоббизм криминальный, с применением "экстрасти­мулов" и без применения таковых. Суть положения сегодня такова, что весь существующий ныне лоббизм нельзя с полным основанием назвать правовым, поскольку данная сфера деятельности еще не регулируется специальным законом. Закон о лоббистской деятельности, неоднократ­но вносившийся в Государственную Думу РФ, так и не принят. Вместе с тем на основании этого ни в коем случае нельзя утверждать, что вся лоббистская деятельность незаконна. Многие отдельные ее виды регу­лируются другими законодательными актами.

    И вместе с тем в нынешней лоббистской деятельности в Государст­венной Думе РФ предостаточно фактов криминального характера. Сю­да можно отнести, с известной долей осторожности, утверждение СМИ о том, что криминальный мир тоже занимается лоббистской деятельно­стью. Однако в силу чрезвычайной засекреченности подобной деятель­ности материалов на эту тему разыскать практически невозможно.

    В определенной мере незаконной, а в ряде случаев и криминальной является практика "стимулирования" принятия того или иного законо­дательного акта, поправки к закону. Из зарубежных источников извест­но, что в середине 80-х годов в США почасовые ставки влиятельных лоббистов доходили до 400 долларов. А некоторые контракты, кроме общих условий оплаты труда, содержали еще "экстрастимулы". Так, ес­ли лоббист добьется официального внесения законопроекта в конгресс — 7 тыс. долл., одобрения его комитетом — 10 тыс. долл., одобрения се­натом или палатой представителей — 25 тыс. долл.

    Судя по сообщениям печати, в российском парламенте также прак­тикуются "экстрастимулы", в том числе и путем выплат определенных денежных сумм. Так, по некоторым данным, при утверждении Т.В. Па­рамоновой на должность председателя Центробанка РФ заинтересо­ванными лицами предлагалось от 3 до 5 тысяч долларов США тем депутатам,  которые будут голосовать против данной кандидатуры.

   Рассмотренные выше виды лоббизма, характеризующие процесс лоббирования, не принимают во внимание те вариации, которые возникают при взаимо­действии субъекта лоббирования с объектом. В этом случае по методам своей деятельности лоббизм делят на прямой и непрямой (косвенный). Прямой — это классический, в общепринятом смысле слова, лоббизм который осуществляется при непосредственном контакте лоббиста с депутатом или другим субъектом, пользующимся конституционным правом законодательной инициативы.

       Соответственно непрямым считается лоббизм, в котором такие кон­такты либо отсутствуют, либо контакты имеются, но с лицами, не обла­дающими непосредственным правом вносить законопроекты в парла­мент, но имеющими возможность оказывать эффективное влияние на законодательный процесс.

Психологической основой непосредственного лоббирования являет­ся лоббистский контакт, обаяние, убеждение, внушение, психологиче­ское заражение. Все это проявляется как в индивидуальном аспекте, так и в случаях воздействия на группу. В арсенал лоббистской деятельности входят даже и такие методы психологического воздействия, как угрозы, шантаж, принуждение.

Лоббистский контакт означает любое устное или письменное сооб­щение, адресованное от имени клиента облеченному правом принятия федеральных законов, федеральных административных актов, бюджета РФ, финансирования федеральных программ, назначения на должно­сти, требующего утверждения парламентом. В Конституции РФ приве­ден обширный перечень прерогатив парламента, состоящий из множе­ства пунктов.

Процесс лоббирования — это, по существу, двухстороннее действие, в котором обе стороны действуют взаимовыгодно. У лоббиста свои це­ли, и, преследуя их, он снабжает парламентария соответствующей ин­формацией. Депутат парламента тоже имеет свои цели, в связи с кото­рыми рассматривает лоббиста как источник полезной, а то и крайне не­обходимой для него информации. Сумма подобных взаимоотношений существенно определяет коммуникационный процесс между лоббистом и парламентарием.

Прямой лоббизм предполагает либо каждый раз при новой необхо­димости поиски нового законодателя, чтобы с его помощью отстаивать групповые (корпоративные) интересы, либо использование так называемого встроенного лоббиста. Понятие "встроенный лоббист" к нам пришло из США, где под ним подразумевают конгрессменов, которые постоянно защищают определенные групповые интересы.

Термин "встроенный лоббист" означает, что данный законодатель постоянно или периодически выступает "за" или "против" законопроек­тов, соответственно выгодных или не выгодных определенным группо­вым (корпоративным) интересам. Встроенный лоббист отстаивает групповые, корпоративные интересы безотносительно к чему бы то ни было, порой он не считается даже с тем, что его позиция может или будет противоречить общественным ин­тересам. Вместе с тем по другим вопросам тот же законодатель совсем не обязательно будет встроенным лоббистом. Напротив, он вполне за­служенно может иметь репутацию деятеля, пекущегося об обществен­ном благе.

Из приведенной выше характеристики может показаться, что рос­сийский парламент представляет собой некое собрание "встроенных лоббистов" с депутатскими мандатами. Конечно, все депутаты, несом­ненно, выражают те или иные интересы, отстаивают права и приорите­ты тех или иных слоев и групп населения, но встроенными лоббистами их считать нельзя, поскольку они никакого отношения к подобному оп­ределению не имеют.

С подачи американских исследователей укрепилось понятие "непря­мой лоббизм". Непрямой лоббизм включает в себя использование в ка­честве основных методов массовые кампании (пропагандистские, рек­ламные), кампании писем, телеграмм и телефонных звонков в конгресс. Особенность этих методов заключается в том, что они имеют целью ак­тивизацию больших групп людей, а воздействие оказывается не только на отдельного законодателя, но одновременно на многих, а то и на весь парламент в целом.

Специальные пропагандистские кампании как собственно метод лоббистской деятельности обычно требуются тогда, когда законопроект спорный, привлекает внимание широкой общественности или многих заинтересованных групп, позиции которых либо непримиримы, либо существенно расходятся. Эти кампании призваны обеспечить реально выраженную активность общественного мнения с целью повлиять на поведение законодателей. Способ выражения этой активности — резо­люции, письма, телеграммы в парламент. Количество отправленной ту­да корреспонденции, влиятельность или значимость ее авторов для чле­нов парламента сами по себе не могут самостоятельно обеспечить успех или провал пропагандистской кампании. Чаще всего главную роль играет здесь эффективность сочетания пропагандистской кампании прямым лоббизмом. Важную роль играет также корректность использо­вания данного метода. Так, письма в парламент, якобы стимулирован­ные пропагандистской кампанией, нередко оказываются так или иначе сфабрикованными, и если этот факт становится достоянием гласности лоббистские усилия соответствующей заинтересованной группы могут быть сведены на нет.

          Кампании писем, телеграмм и телефонных звонков также организу­ются специально и самостоятельно, вне зависимости и связи с пропа­гандистскими кампаниями. Это относительно новое, но в последние го­ды быстро набравшее силу явление в российском парламенте, вызвав­шее даже специализацию некоторых лоббистских фирм на данном ме­тоде лоббистской деятельности. Эффективность воздействия подобно­го рода кампаний в целом расценивается как достаточно высокая. Хотя опытные законодатели прекрасно знают, что множество писем и теле­грамм — это специально организованные, часто со стандартным текстом послания, далеко не всегда отражающие истинное мнение их авторов, депутаты нередко осуждают такие кампании, но тем не менее восприни­мают их как реальную силу и вынуждены с ними считаться.

       Непрямой лоббизм — наиболее часто используемое оружие межпар­тийной политической борьбы в российском парламенте. Правительство и Президент РФ стремятся в полную силу использовать это оружие для продвижения своей законодательной программы. Наряду с этим много массовых дорогостоящих кампаний непрямого давления были иниции­рованы по велению предпринимательских и банковских кругов в под­держку конкретных законопроектов, выдвинутых отдельными депута­тами и депутатскими группами российского парламента.

          В силу всего сказанного очевидно, что без раскрытия истинных движущих мотивов и финансовых источников массовых лоббистских кампаний в Государственной Думе РФ невозможно получить полную картину того, как лоббируется тот или иной вопрос, с какой целью и конечным результатом, чьи интересы он отстаивает. Перечисленные особенности и возможности непрямого лоббизма, будучи для многих влиятельных заинтересованных групп и российского парламента слишком важными, как раз и являются основной причиной стойкого сопротивления попыткам поставить прямой и непрямой лоббизм под власть закона.

          Если судить по аналогии с зарубежными странами, то многие заин­тересованные группы расходуют основную часть своих лоббистских бюджетов именно на непрямой лоббизм, который отлично обеспечивает, если в том есть необходимость, анонимность тех, кого он в действи­тельности обслуживает, позволяет осуществлять камуфлирование ис­тинных целей и секретность финансовых операций.

         Содержательную сторону разнообразных видов лоббистской дея­тельности характеризует прежде всего коэффициент полезного дейст­вия лоббирующих групп. Лоббистская деятельность может быть либо эффективной, высокоэффективной, либо вообще неэффективной. Со­гласно данным зарубежных источников, эффективность лоббистской деятельности даже президента США — величина переменная. Стати­стика поименных голосований в послевоенный период в США свиде­тельствует, что по тем законопроектам, по которым президент занимал четко выраженную позицию, а конгресс голосовал в соответствии с этой позицией, то есть поддержал президента, годовой коэффициент такой поддержки колебался в пределах от 43% (у президента Р. Рейгана, 1987 г.) до 93% (у президента Л. Джонсона, 1965 г.)

           В целом в зависимости от того, какой показатель брать за точку от­счета (единичный законопроект, постановление, всю законодательную программу правительства), можно в каждом конкретном случае опреде­лить эффективность лоббистской деятельности любого лоббиста.

           Эффективность лоббистской деятельности во многом определяется степенью воздействия групп интересов. В этом отношении можно выде­лить активное и пассивное лоббирование. В ряде случаев, столкнув­шись с первыми препятствиями, отдельные лоббирующие группы не проявляют должной воли, настойчивости, упорства, не предпринимают дополнительные меры, а просто оставляют на произвол судьбы продви­жение своих интересов. Подобное характерно для тех групп лобби, ко­торые не обладают достаточными организационными и финансовыми возможностями, действуют вне контакта с другими лоббирующими группами.

          Между тем лоббизм осуществляется не только в виде индивидуаль­но-обособленного давления, но и в виде группового — перекрестного. Проведенное исследование показывает, что для нынешнего российско­го парламента характерно деление лоббизма по таким признакам, как количество субъектов, участвующих в лоббировании группового инте­реса. Так, в ряде случаев отмечается индивидуально-обособленное лобби­рование (наиболее многочисленное). В этом случае субъект лоббист­ской деятельности самостоятельно, в одиночку отстаивает свой группо­вой интерес.

               Практика лоббистской деятельности в российском парламенте фик­сирует и случаи перекрестного лоббирования (крайне редко). При таком подходе, в порядке взаимопомощи, стороны договариваются о взаимной поддержке в проведении законопроекта через тот комитет, где у них лучше всего отлажены связи.

            Третий вариант — это коалиционное лоббирование. Так, например, произошло, когда решалась судьба дорожного фонда. С целью лоббиро­вания совпавших интересов объединились лобби АПК, региональные лоббисты, дорожно-строительные фирмы, депутаты-одномандатники.

            Поскольку деятельность Государственной Думы РФ имеет ярко вы­раженную эмоциональную окраску, вполне целесообразно выделять лоббизм, базирующийся преимущественно как на эмоциональной до­минанте, так и на рациональной. Анализ показывает, что ведущая роль ценностных и аффективных компонентов лоббистской деятельности в Государственной Думе РФ основывается на психологической реакции парламента, социально и политически значимых событиях и ситуации. В этом случае специфическим направлением продвижения групповых интересов являются эмоции парламентариев на происходящие события общественно-политической жизни страны.

            Классифицируя парламентское лоббирование по видам, на наш взгляд, целесообразно выделить и тип общения, используемого лобби­стами в ходе данного процесса. Так, в зависимости от содержания, целей и средств лоббирования общение может осуществляться посредством таких видов общения, как материальный (предоставление готовых за­конов, поправок, постановлений и т.д.), когнитивный (обмен информа­цией, знаниями), кондиционный (обмен психическим состоянием), мо-тивационный (обмен побуждениями, целями, интересами, мотивами, потребностями), деятельный (обмен умениями, навыками и т.д.).

              Анализ показывает, что в лоббистской деятельности в Государствен­ной Думе РФ используются все виды общения. Трудно с научной точки зрения определить иерархию, предпочтение тех или иных видов обще­ния, используемых лоббирующими структурами, группами интересов в Думе. Правильнее будет сказать, что в процессе лоббирования в Госу­дарственной Думе РФ используется вся совокупность видов лоббиро­вания, опирающаяся на единство многообразия различных видов ком­муникативного общения.

            Особенностью лоббирования групповых интересов в российском парламенте является четкое структурирование интересов, которое сло­жилось на протяжении всего периода существования института парла­ментаризма в России. Правда, в советский период процессы лоббистской деятельности были скрыты завесой секретности, о них не писали, исследовательская работа в данном направлении не поощрялась. Вме­сте с тем анализ лоббистской деятельности той поры, а также появив­шиеся в последнее время публикации позволяют приоткрыть механизм продвижения групповых интересов и в тот период времени.

           В советский период сложилась довольно сложная и сбалансирован­ная система лоббирования, которая включала в себя отраслевую, регио­нальную и корпоративную (союзы композиторов, писателей, художни­ков и т.д.) сеть лоббистов. Она замыкалась на вертикально выстроенной системе ЦК союзных республик, крайкомов, обкомов и райкомов пар­тии. В этой системе вопросы приоритета региональных, отраслевых или общегосударственных интересов решались преимущественно в ЦК КПСС, хотя и Верховный Совет СССР имел не только "декоративное" значение.

          В то время функцию лоббистов преимущественно выполняли спе­циально создаваемые комиссии по решению острых вопросов (комис­сия по оперативным вопросам, по объектам группы 100, по военно-про­мышленному комплексу и т.д.). Смысл деятельности комиссий состоял в координации работы министерств и ведомств, а при необходимости и органов местной власти.

          Параллельно отстаиванием интересов корпоративных, региональ­ных, отраслевых (отдельных предприятий) занимались народные депу­таты. Несмотря на то, что все вопросы решались или как минимум про­ходили согласование в партийном органе, депутат СССР обладал боль­шими полномочиями, что позволяло ему или его окружению активно использовать статусные возможности в реализации своих устремлений.

          Разрушение государственной машины управления, включая систему представительной власти, поставило старую систему лоббирования на грань краха. Вместо старых подходов по отстаиванию особых интересов на принципах плюрализма начали бурно формироваться новые.

           После событий 1991 г., смены элит на всех уровнях власти для любой социально-экономической да и политической деятельности простора было предостаточно, и места на новопровозглашенном рынке хватало всем. В это время лоббирование, направленное преимущественно на ре­шение экономических проблем, а также на расширение полномочий ре­гиональных органов власти, становится индивидуально-групповым и приобретает в ряде случаев криминальный характер.

              На этом этапе российской истории практически никто, кроме пред­приятий ВПК, которые приняли на себя удар обвальной конверсии, и АПК, десятилетиями традиционно опирающихся на поддержку государства, а также ряда регионов, не стремились осуществлять активную лоббистскую деятельность.

             За последние семь — восемь лет активной экономико-политической деятельности группы интересов, представители разных партий, движе­ний, финансово-промышленных объединений и т.д. обучились совре­менным методам лоббирования, выработали определенную стратегию в отношении своих первоочередных целей и путей их достижения.

            Как показывает анализ, главными составляющими механизма лю­бой лоббистской деятельности, будь то политическая, экономическая, финансовая, экологическая, является выявление интереса, постановка цели, разработка программы, мобилизация финансовых ресурсов, нахо­ждение исполнителей, формирование в случае необходимости коали­ции, осуществление плана действий всеми доступными средствами, включая психологическое воздействие.

            Базовым признаком группы, участвующей в лоббировании, являет­ся наличие специфического интереса. Другой признак — это возмож­ность реализовать свой интерес или, по крайней мере, донести его до лица или структуры, принимающей решение. Исследования показали, что вероятность реализации интереса группы зависит от целого комплекса обстоятельств. В число наиболее существенных факторов входят бли­зость к парламенту, а также лицам, от которых зависит принятие реше­ния; наличие достаточных финансовых, организационных и пропаган­дистских средств; возможность оказания политического, экономиче­ского давления на парламент; информационные возможности по фор­мированию общественного мнения.